Последствия вступления Китая в ВТО

По мнению Шарлин Барщефски и Лонга Йонгту, неверные представления о присоединении Китая к ВТО сложились как в самом Китае, так и в США

Вступление Китая в ВТО в 2001 году стало переломным моментом для мировой экономики и началом новой эры глобализации. Однако сегодня население стран Запада все больше противится глобализации. Что же произошло? И что ждет нас в будущем?

Корреспондент Wall Street Journal Эндрю Браун пообщался с двумя ключевыми участниками драмы под названием «ВТО»: Шарлин Барщефски, торгпредом при президенте Билле Клинтоне, и Лонгом Йонгту, заместителем министра внешней торговли и экономического сотрудничества КНР с 1997 по 2003 год. Ниже приводим выдержки из интервью.

Последствия глобализации

Г-н Браун. Стив Бэннон, старший советник Белого дома, считает, что глобалисты «ограбили» рабочий класс Америки и создали средний класс в Азии. И ведь он прав?

Г-жа Барщефски. Нет, я не считаю, что он прав. В середине 1990-х годов китайская экономика уже росла на 8 – 8,5% ежегодно, у Китая была крупнейшая в мире регулярная армия, Китай был ядерной державой, постоянным членом Совбеза ООН, в Китае жила пятая часть населения Земли, премьер-министр Чжу Жунцзи был реформатором, ориентированным на Запад.

В процессе переговоров по вступлению в ВТО Китай открыл свой рынок. Ни США, ни другие страны не изменили свой торговый режим. Экономические реформы должна проводить именно та страна, которая вступает в ВТО.

Ключевой вопрос, в контексте вступления в ВТО такой большой страны, как Китай, следующий: были ли включены в соглашение по присоединению меры защиты от излишнего импорта? Ответ: да, были. Но этот защитный механизм практически не использовался странами, на которые ссылается Стив Бэннон, хотя он мог бы прекрасно служить их интересам.

Г-н Браун. Чего не должно было случиться: торговый дефицит США в 2000 году составлял около 80 миллиардов долларов и в течение десяти лет он вырос в три раза. Что пошло не так?

Г-жа Барщефски. Не забывайте, что в торговле с Китаем мы имели перевес в секторе услуг. Это раз. Далее, торговый дефицит – результат действия макроэкономических факторов. В частности, это разница между сбережениями американцев, которые стремятся к нулю, и вложениями, которые весьма значительны. Американцы могли бы больше экономить, и дефицит уменьшился бы. Мы могли бы ограничить иностранные инвестиции, что также уменьшило бы дефицит. Но я не представляю, зачем это нужно делать. В чем действительно необходимо разобраться, так это в том, почему Китай прекратил процесс экономических реформ и открытости и вместо этого вводит множество мер, основанных на чистом антагонизме. Действия Китая крайне меркантильны и дискриминационны по отношению к американским и другим иностранным компаниям. Вот с чем стоило бы разобраться.

Процесс реформ

Г-н Браун. Господин министр, расскажите, что предшествовало присоединению Китая к ВТО? Китайские консерваторы тогда отчаянно сопротивлялись попыткам сделать рынок более открытым.

Г-н Лонг. Для Китая плюсы вступления в ВТО состоят не в увеличении объема торговли, а в том, что торговое соглашение спровоцировало процесс внутренних реформ. В то время импорт и экспорт Китая были целиком прерогативой нескольких десятков госкомпаний и министерств. Но после принятия условий либерализации десятки, сотни тысяч китайских предприятий занялись импортом и экспортом. Теперь они могут прямо торговать с Америкой, Европой, со всей Азией. Это и привело к бурному росту импортно-экспортной деятельности в Китае.

Г-н Браун. Администрация Дональда Трампа критикует Китай за то, что он манипулирует курсом своей валюты. С одной стороны, это не так, поскольку Китай не занимался этим уже несколько лет. Но, с другой стороны, это так, поскольку ряд лет после присоединения к ВТО Китай искусственно занижал курс юаня, чтобы подстегнуть экспорт. Был ли таков ваш план с самого начала?

Г-н Лонг. Я так не считаю. Условия торговых соглашений дают китайским компаниям свободу торговать со всем миром. Другие страны сталкиваются с серьезной конкуренцией со стороны своих китайских партнеров. Я считаю, что это проблема этих стран.

Г-н Браун. Билл Клинтон предположил, что вступление Китая в ВТО будет началом либерализации и что страна станет более открытой, прозрачной и нацеленной на соблюдение правил. Но в действительности вступление Китая в ВТО лишь ознаменовало высшую точку либерализации в Китае. Что же произошло?

Г-жа Барщефски. Прежде всего, американская политика не заключается в том, чтобы бедные страны оставались бедными, если это так или иначе на руку Соединенным Штатам. Она также не заключается в том, чтобы препятствовать бедным странам реформировать свой рынок, повышая его привлекательность – из страха, что США не смогут конкурировать со странами с низкими доходами. Что будет, если рынки бедных стран станут более привлекательными? Прежде всего, возрастут торговые потоки, что и происходит. Для США встанет вопрос сохранения конкурентоспособности с учетом того, что торговые потоки увеличивают совокупный ВВП. Что касается потери рабочих мест, безусловно, внешняя торговля частично приводит к потере рабочих мест в США, но ее вина в этой потере мизерна по сравнению с автоматизацией и инновациями в стране. Когда люди теряют работу, по причине торговли или развития технологий, а не по своей вине, США имеют обязательства по осуществлению программ помощи.

Торможение реформ?

Г-н Браун. Господин Министр, согласны ли вы с утверждением г-жи Барщефски, что процесс реформ в Китае уже выдохся или начинает выдыхаться?

Г-н Лонг. Я не считаю, что экономические реформы в Китае прекратились или замедлились. Например, объем китайской экономики после присоединения страны к ВТО вырос в восемь раз. Средний класс в Китае составляет 200 миллионов человек. Вряд ли мы можем совершить ошибки настолько серьезные, что они могли бы приостановить экономический рост.

Во-вторых, до присоединения к ВТО у нас имелись серьезные пробелы в правилах и законах. Раньше было проще: мы просто делали, и все. Но теперь, перед тем, как что-то сделать, нам приходится проверять, не нарушаем ли мы какие-либо законы или правила. Люди говорят: нет, эта реформа не нарушает закон. В интернете люди высказывают множество разных точек зрения. Все это оказывает большое давление на проведение реформ. Я считаю, что руководство Китая по-прежнему нацелено на экономические реформы. Но мы должны убедиться, что они станут полезными для большинства людей, а не просто реформами ради реформ.

Перевод

Оригинальный текст статьи: https://www.wsj.com/articles/the-impact-of-china-joining-the-wto-1495504981

Оставить комментарий

Вы должны войти в систему , чтобы оставить комментарий



Обнуление пошлин внутри ТТП займет не менее десяти лет